Понимание в отношениях

Отношение человека к природе в античности и средневековье

Отношение человека к природе в античности и средневековье

Отношения природы и человека, природы и общества. История человеческого общества и его зависимость от природы. Представления о богах как творцах природы. Появление монотеистических религий. Психологическая противопоставленность человека и природы.

Отправить свою хорошую работу в базу знаний просто. Используйте форму, расположенную ниже

Студенты, аспиранты, молодые ученые, использующие базу знаний в своей учебе и работе, будут вам очень благодарны.

«ОТНОШЕНИЕ ЧЕЛОВЕКА К ПРИРОДЕ В АНТИЧНОСТИ И СРЕДНЕВЕКОВЬЕ».

5. Список использованной литературы

Зависимость общества от природы прослеживается, следовательно, на всех этапах истории, однако значимость различных составляющих природной среды в разные периоды была неодинаковой. Поэтому, рассмотрение отношений человека, и общества в целом, к природе и с природой в различные исторические эпохи, способствует более глубокому осмыслению и изучению, выделенной философской проблемы. Мне хотелось бы рассмотреть античность и средневековье. Таким образом, цель моей работы состоит в изучении отношений человека и общества с природой в различные исторические эпохи, а именно в античности и средневековое время.

Задачи заключаются в рассмотрении каждого временного этапа в отдельности, а затем в проведении сравнительного и сопоставительного анализа между ними.

История человеческого общества в определенном смысле представляет собой картину его изменяющегося взаимодействия с природой.

Аристотель понимал под природой:

Большее предпочтение он отдавал последнему значению. Материя для него является природой лишь в той мере, в какой она способна определяться через сущность, а у Аристотеля сущность и форма тождественны.

Проблема природы рассматривается Аристотелем в его «Физике».

Автор в ней стремится по вполне понятной причине отличить природу как естественное от искусственного, говоря, что «природа есть известное начало и причина движения и покоя, для того, чему она присуща первично, по себе, а не по совпадению» (Метафизика IV). Однако, в «Физике» Аристотель колеблется в трактовке проблемы природы. В своих колебаниях Аристотель занимает и промежуточную позицию дуализма, говоря, что «природа двояка: она есть форма и материя» однако в «Физике» в Аристотеле побеждает идеалист, который сначала с оттенком нерешительности замечает, что все же «скорее форма является природой, чем материя» (с. 25), а затем уже решительно провозглашает, что «форма есть природа». (1 , стр. 25 — 47).

На начальном этапе социогенеза люди еще не отделяли себя от природы, они мыслили себя частью единой Природы. Это было обусловлено тем, что античный человек максимально зависел от нее: она постоянно «присутствовала» в каждой его мысли, в каждом его действии. Это и определяло первую характерную черту экологического сознания (совокупность представлений о взаимосвязях в системе «человек природа» и в самой природе, существующего отношения к природе, а также соответствующих стратегий и технологий взаимодействия с ней) в данную эпоху, высокую степень психологической включенности человека в мир природы. Такое восприятие природы являлось не следствием некоего «инстинктивного чувства единства» с ней, а было обусловлено особенностями самого мышления человека той эпохи. (3, стр. 78)

Постепенно в античности складывается система представлений о богах как творцах природы. В это время боги равны природе в ее проявлениях, иными словами, природа и есть сами боги, их воплощение, их персонификация: река это бог реки, гора бог горы, гром бог грома и т.д. Боги уже, как правило, антропоморфны, т.е. обладают человеческими свойствами и даже человеческим обликом. Антропоморфными являются, например, боги греческого пантеона: Зевс, Афродита, Аполлон и др. Показательно появление таких богов как Прометей, Гефест, которые создают для людей различные предметы культуры, добывают огонь, вводят металлы и т.д.: в них нашло свое осмысление подчинение людьми природы, ее освоение и «укрощение». (7, стр.88).

Наконец, третья черта сознания эпохи античности понимание ценности непрагматического взаимодействия с миром природы: для античного человека природа это не только материальная (вещественная, реальная), но еще и духовная (нравственная, интеллектуальная) ценность. Природа начинает выступать как образец, идеал гармонии, которой человек должен учиться у нее, подражать ей в своей повседневной жизни. Красота, совершенство природы становятся одной из популярных тем античной литературы, да и всего античного искусства. (3, стр.95).

Ни одно явление, ни одна природная вещь не открывает здесь самих себя, каждая указывает на потусторонний эмпирической данности смысл, каждая есть некий символ (и урок). Мир дан средневековому человеку не только во благо, но и в поучение. Символизм и аллегоризм средневекового мышления, воспитанный в первую очередь на священном писании и его толкованиях, был в высшей степени изощренным и разработанным до тонкостей. Понятно, что такого рода символическое истолкование природы мало способствовало ее научному познанию, и только в эпоху позднего средневековья усиливается интерес к природе как таковой, что и дает толчок развитию таких наук, как астрономия, физика, биология.

Существовала тенденция: поскольку природа бездуховна, она — источник зла, нечто низкое в сравнении с человеком, наделенным душой, а потому и недостойное внимания. Однако, это не единственная точка зрения, параллельно ей существовала и иная: так как природа сотворена Богом, она заслуживает изучения для проникновения, в частности, в планы творца и постижения его мудрости, запечатленной в природных процессах и явлениях. Природа создана Богом по его собственному проекту. Следовательно, в иерархии Бог — человек — природа, именно природа является последним звеном. (3, стр.58).

Таким образом, этапом отчуждения человека от природы явилось появление монотеистических (от греч. monos — один и theos — бог) религий, в частности, христианства. Для средневекового сознания, господствовавшего в Европе почти тысячу лет вплоть до XIV в., идеологическим стержнем которого было христианство, характерна жестко иерархизированная картина мира, вся поставленная под знак Бога. Выше, уже было рассмотрено, что в этой иерархии природа заняла нижнюю ступень. Сравнивая бытие в античности и средневековье, заметим, что если в античности все природа, и бытие — природа, и она в самой себе имела причину своего существования, то средневековая природа говорит о Боге. Весь внешний мир есть знак или символ внутреннего мира, это произнесенное слово, творящее божественное слово.

В эпоху Средневековья возникает не просто иное понимание природы, но само движение мысли по поводу природы начинает осуществляться в ином культурном пространстве. Оно формируется двумя взаимоисключающими мировоззренческими установками: античной и библейской мифологиями.(5,с140).

Поставив человека на вершину пирамиды земного мира, христианство кардинально меняет характер восприятия природных объектов. Главное отличие человека, созданного «по образу и подобию» божьему, от всего природного, наличие у него нематериальной божественной души, а сложность души росла пропорционально потере одухотворенности природы.(5, стр.151).

Если античность, сделав природу объектом научного изучения, оставляла природным объектам «право» на душу, то христианство их этого полностью лишило. Вместе с ней природные объекты лишаются и своей самоценности: они представляют интерес только в той мере, в какой могут служить человеку и быть полезными ему.

Таким образом, одной из черт экологического сознания эпохи Средневековья, которую сформировало христианство, является объектное восприятие мира природы (человек воспринимает природу как лишенный всякой самоценности объект воздействия или же, как равноправный субъект взаимодействия).

Таким образом, в мировосприятии средневековья, рациональное и ценностное еще не разведены абсолютно, например, Боэций рассматривал вечность как совершенное обладание сразу всей полнотой бесконечной жизни, но в движении познания уже наметилась тенденция будущего разрыва и противопоставления научного и морального, ценностного и рационального. Обеспечивался указанный разрыв природного и человеческого в тесной связи со становящимся в христианстве историзмом, согласно которому мир не пребывает в покое, как античный космос, а разворачивается как история, имеющая свое начало, кульминацию и конец.

Таким образом, рассмотрев античность и средневековье, можно с уверенность сказать, что история человеческого общества в определенном смысле представляет собой картину его изменяющегося взаимодействия с природой. Взаимозависимость общества и природы прослеживается, на разных этапах истории, однако значимость различных составляющих природной среды в разные периоды неодинакова. В этом можно убедиться, сопоставив основополагающие компоненты двух исторических эпох, в моей работе античности и средневековья.

Отношение человека к природе в античности и средневековье.

Источник:
Отношение человека к природе в античности и средневековье
Отношения природы и человека, природы и общества. История человеческого общества и его зависимость от природы. Представления о богах как творцах природы. Появление монотеистических религий. Психологическая противопоставленность человека и природы.
http://otherreferats.allbest.ru/philosophy/00013597_0.html

Понимание в отношениях

39 ответов на горячие вопросы об отношениях.

Четкие практические рекомендации.

Ценные бонусы + Скайп-консультация в подарок.

Пошаговый видеокурс «Как стать слабой: Как стать женщиной, о которой мужчина мечтает заботиться?»

Что значит стать «слабой» для мужчины?

Как быть, если из отношений уходят внимание и забота?

О какой женщине мужчина мечтает заботиться?

Статей на сайте: 605

Нить Ариадны в Отношениях [НАвО]

Как прийти в отношениях к истинной Любви и стабильному чувству счастья?

Какой важнейший элемент отношений и жизни вы потеряли?

3 линии Любви, и почему две из них вы постоянно игнорируете

Видеолекция «Уныние и депрессия»

Причины уныния и депрессии; механизм их работы.

Уныние и депрессия в отношениях.

Способы преодоления уныния и депрессии.

Неэффективные способы борьбы с депрессией.

Что поддерживает уныние и депрессию, мешая получить результат, и многое другое.

«На тренинг Дмитрия Науменко «Путь Женственности» попала случайно. «

Мягко и доходчиво Дмитрий доносит информацию о том, насколько женщины и мужчины разные, как по-разному они воспринимают этот мир и действуют в нем.

И что нужно для того, чтобы их тандем не только состоялся, но и продлился на всю жизнь.

Запись онлайн-семинара «39 ответов на горячие вопросы об отношениях»

Ответы на самые актуальные вопросы об отношениях, беспокоящие женщин.

Четкие практические рекомендации.

Ценные бонусы + Скайп-консультация в подарок.

«Выстроилась какая-то общая картина о значении женственности, каких-то очевидных правилах поведения, о которых я не знала или не задумывалась. «

Появились наметки на изменения образа жизни, появились более женственные интересы, увлечения, улучшилось самочувствие.

И, конечно, мужчины тоже обратили внимание на то, что я изменилась в лучшую сторону в своем поведении.

Видеокурс «Как стать слабой: Как стать женщиной, о которой мужчина мечтает заботиться?»

Курс для тех, кто хочет получать в отношениях больше внимания со стороны мужчины.

Вы раскроете в себе те черты, на которые мужчина неизменно реагирует повышением заботы, внимания и любви к вам.

«Появилась четкая картинка почему раньше в отношениях у меня были проблемы и ничего серьезного не получалось. «

Тренинг показался мне очень интересным и познавательным, я не слишком позитивно относилась к разного рода психологическим тренингам, т.к. был негативный опыт, но решила дать еще один шанс и не прогадала.

Было не скучно, что очень важно, очень понравились задания.

100-дневная системная программа личностного роста для женщин

Любовь, поиск себя, отношения, раскрытие женской природы, самореализация, смысл жизни

«До тренинга у меня не было знакомств с мужчинами даже по работе, хотя я работаю с людьми. На сегодняшний день у меня три поклонника. «

Главное для меня было с точки зрения мужчины-психолога понять, как себя вести и в чем мои ошибки. Ведь все мы разные.

Надо найти себя такую, какой комфортно. Тогда и люди будут притягиваться одной волны.

Скайп-консультации

Я ценю ваше время.

Одна-две встречи в Скайпе — и вы уже на верном пути.

Без лишних разговоров и переливаний из пустого в порожнее.

Вы уже готовы услышать правду и выйти из зоны комфорта?

«Поняла, как добиться того, чтобы мужчины относились к вам как к женщине, а не как к другу. «

Прежде всего хочу сказать спасибо за эту замечательную возможность, побывать на тренинге.

Иногда, мы просто не задумываемся, как то или иное событие или случай в жизни могут ее изменить.

*Наведите курсор мыши для приостановки прокрутки.

Термин «социальная перцепция», т.е. социальное восприятие, впервые был введен американским психологом Лж. Брунером.

Назвав восприятие «социальным», он обратил внимание на то, что, несмотря на все индивидуальные различия, существуют какие-то общие, вырабатываемые в общении, в совместной жизни социально-психологические механизмы восприятия.

Брунер провел целую серию экспериментов по изучению восприятия и показал, что восприятие как предметов, так и других людей зависит не только от индивидуально-личностных, но и от социокультурных факторов.

Проблема восприятия достаточно хорошо разработана в социальной психологии.

Термин «социальная перцепция», т.е. социальное восприятие, впервые был введен американским психологом Лж. Брунером.

Назвав восприятие «социальным», он обратил внимание на то, что, несмотря на все индивидуальные различия, существуют какие-то общие, вырабатываемые в общении, в совместной жизни социально-психологические механизмы восприятия.

Брунер провел целую серию экспериментов по изучению восприятия и показал, что восприятие как предметов, так и других людей зависит не только от индивидуально-личностных, но и от социокультурных факторов.

Социальная значимость или незначимость объекта может восприниматься неадекватно. Так, к примеру, дети из бедных семей воспринимали размеры монеток больше их реальных размеров, а дети из богатых семей — наоборот, меньше.

Такой же деформации подвергаются и образы людей (эксперимент П. Уилсона по определению роста человека, которого последовательно представляли в разных студенческих аудиториях как лаборанта, преподавателя, доцента, профессора. Чем выше становился его социальный статус, тем более высоким он воспринимался).

Общение определяется тем представлением о партнере, которое складывается в восприятии. Под восприятием в социальной психологии понимается целостный образ другого человека, формируемый на основе оценки его внешнего вида и поведения.

В деловом общении приходится взаимодействовать с людьми, которых видишь впервые, и с людьми, которые уже достаточно хорошо знакомы.

Психологические исследования показали, что в основе восприятия незнакомых ранее людей и людей, с которыми уже имеется определенный опыт общения, лежат разные психологические механизмы. В первом случае восприятие осуществляется на основе психологических механизмов межгруппового общения, во втором — механизмов межличностного общения.

К психологическим механизмам восприятия в межгрупповом общении относят процесс социальной стереотипизации, суть которого заключается в том, что образ другого человека строится на базе тех или иных типовых схем. Под социальным стереотипом обычно понимается устойчивое представление о каких-либо явлениях или людях, свойственное представителям той или иной социальной группы.

Очень важно для правильного понимания роли стереотипа в восприятии то обстоятельство, что любой социальный стереотип — это порождение и принадлежность группы людей, и отдельные люди пользуются им лишь в том случае, если они относят себя к этой группе.

Разные социальные группы, взаимодействуя между собой, вырабатывают определенные социальные стереотипы. Наиболее известны этнические или национальные стереотипы — представления о членах одних национальных групп с точки зрения других. Например, стереотипные представления о вежливости англичан, легкомысленности французов или о загадочности славянской души.

Формирование образа другого человека осуществляется тоже путем стереотипизации. Вопрос о том, насколько точным является первое впечатление, совсем не прост.

С одной стороны, почти каждый взрослый человек, имеющий опыт общения, способен по внешности человека, его одежде, манере говорить и поведению достаточно точно определить многие его социально-психологические характеристики: психологические черты, возраст, социальный слой, примерную профессию. Но эта точность бывает только в нейтральных ситуациях. В других же ситуациях почти всегда присутствует тот или иной процент ошибок. И чем менее нейтральны отношения, чем более люди заинтересованы друг в друге, тем больше вероятность ошибок.

Люди, вступающие в общение, не равны: они отличаются друг от друга по своему социальному статусу, жизненному опыту, интеллектуальному потенциалу и т.д. При неравенстве партнеров наиболее часто применяется схема восприятия, которая приводит к ошибкам неравенства. В психологии эти ошибки получили название фактора превосходства.

Схема восприятия такова. При встрече с человеком, превосходящим нас по какому-то важному для нас параметру, мы оцениваем его несколько более положительно, чем было бы, если бы он был нам равен. Если же мы имеем дело с человеком, которого мы в чем-то превосходим, то мы недооцениваем его. Причем превосходство фиксируется по какому-то одному параметру, а переоценка (или недооценка) происходит по многим параметрам. Эта схема восприятия начинает работать не при всяком а только при действительно важном, значимом для нас неравенстве.

Для того чтобы подействовал фактор превосходства, нам надо это превосходство сначала оценить. Как это сделать? По каким признакам мы можем судить о превосходстве человека, например, в социальном положении или в интеллектуальном?

Для определения этого параметра в нашем распоряжении есть два основных источника информации:

— одежда человека, его внешнее оформление, включая такие атрибуты, как знаки отличия, очки, прическа, награды, драгоценности, а в определенных случаях даже такая «одежда», как машина, оформление кабинета и т.д.;
— манера поведения человека (как сидит, ходит, разговаривает, куда смотрит и т.д.).

Информация о превосходстве обычно так или иначе «закладывается» в одежду и манеру поведения, в них всегда есть элементы, свидетельствующие о принадлежности человека к той или иной социальной группе или его ориентации на какую-то группу.

Эти элементы служат знаками групповой принадлежности и для самого носителя одежды и поведения, и для окружающих его людей. Понимание своего места в группе, в той или иной иерархии, а также положения других людей во многом определяют общение и взаимодействие. Поэтому выделение превосходства какими-то внешними, видимыми средствами всегда существенно.

Действие фактора привлекательности при восприятии человека заключается в том, что под его влиянием какие-то качества человека переоцениваются или недооцениваются другими людьми. Ошибка здесь в том, что если человек нам нравится (внешне), то одновременно мы склонны считать его более умным, хорошим, интересным и т.д., т.е. опять-таки переоценивать многие его личностные характеристики.

Например, в эксперименте учителям были предложены для оценки «личные дела» учеников и ставилась задача определить уровень интеллекта, планы на будущее, отношения со сверстниками.

Секрет эксперимента состоял в том, что для оценки давалось одно и то же дело, но с разными фотографиями — красивых и некрасивых детей. Красивые дети получили более высокую оценку своих возможностей.

Эти данные подтверждены и в эксперименте американского психолога А. Миллера, который, применив метод экспертных оценок, отобрал фотографии людей красивых, «обыкновенных» и некрасивых. Затем он показал эти фотографии испытуемым. В их оценке красивые превосходили некрасивых по всем параметрам.

Итак: чем больше внешне привлекателен для нас человек, тем он кажется лучше во всех других отношениях; если же он непривлекателен, то и остальные его качества недооцениваются. Но всем известно, что в разное время разное считалось привлекательным, что у разных народов свои каноны красоты.

Значит, привлекательность нельзя считать только индивидуальным впечатлением, она скорее носит социальный характер. Поэтому знаки привлекательности надо искать прежде всего не в том или ином разрезе глаз или цвете волос, а в социальном значении того или иного признака человека. Ведь есть одобряемые и не одобряемые обществом или конкретной социальной группой типы внешности. И привлекательность — не что иное, как степень приближения к тому типу внешности, который максимально одобряется той группой, к которой мы принадлежим. Знаком привлекательности являются усилия человека выглядеть социально-одобряемым. Механизм формирования восприятия до этой схеме тот же, что и при факторе превосходства.

И, наконец, фактор отношения к нам. Он действует таким образом, что люди, хорошо к нам относящиеся, оцениваются выше до которые к нам относятся плохо. Знаком отношения к нам, запускающим соответствующую схему восприятия, является все, что свидетельствует о согласии или несогласии партнера с нами.

Психологи, выявив мнения испытуемых по ряду вопросов, ознакомили их с мнениями по тем же вопросам, принадлежащим другим людям, и просили их оценить эти мнения.

Оказалось, что чем ближе чужое мнение к собственному тем выше оценка высказавшего это мнение человека. Это правило имело и обратную силу: чем выше оценивался некто, тем большее сходство его взглядов с собственным от него ожидали. Убежденность в этом предполагаемом «родстве души» была настолько велика, что разногласий с позицией привлекательного лица испытуемые попросту не замечали. Важно, чтобы во всем было согласие, и тогда включается схема восприятия по фактору отношения к нам.

Задачей первого впечатления является быстрая ориентировка в ситуации. Для людей как социальных существ главное — определение вопроса о групповой принадлежности партнера. Поэтому можно сказать, что первое впечатление почти всегда правильно. Ошибкой же является то, что стереотипизация вызывает определенную оценку и неизвестных еще пока свойств и качеств, что может привести к неадекватному общению в дальнейшем. В постоянном общении результаты первого впечатления продолжают действовать. Однако постоянное и длительное общение не может удовлетворяться тем списком приписываемых партнеру черт и свойств, которые сформировались при первом впечатлении.

В постоянном общении становится важным более глубокое и объективное понимание партнера — его актуального эмоционального состояния, намерений, его отношения к нам. Здесь восприятие и понимание партнера происходят на другой основе. Психологическими механизмами восприятия и понимания при межличностном общении являются идентификация, эмпатия и рефлексия.

Наиболее простой способ понимания другого человека обеспечивается идентификацией — уподоблением себя ему. При идентификации человек как бы ставит себя на место другого и определяет, как бы он действовал в подобных ситуациях. Методика Д. Карнеги (1888—1955), изложенная им в книге «Как оказывать влияние на людей», основана на механизме идентификации.

Очень близка к идентификации эмпатия, т.е. понимание на уровне чувств, стремление эмоционально откликнуться на проблемы другого человека. Ситуация другого человека не столько продумывается, сколько прочувствуется. Основоположник гуманистической психологии К. Роджерс (1902—1987) определял эмпатическое понимание как «умение войти внутрь личного мира значений другого человека и увидеть правильно ли мое понимание».

Эмпатическое понимание возможно в отношении немногих, поскольку составляет тяжелую нагрузку для психики.

С точки зрения характеристики общения как идентификация, так и эмпатия требуют решения еще одного вопроса: как будет тот, другой, т.е. партнер по общению, понимать меня.

Процесс понимания друг друга опосредован процессом рефлексии. В социальной психологии под рефлексией понимается осознание действующим индивидом того, как он воспринимается партнером по общению.

Источник: Психология и этика делового общения. Под редакцией В.Н. Лавриненко
Просмотров: 33102

Все материалы из данного источника: Лавриненко В.Н. ->

А вот тут про отношения:

Понравился проект и хотите отблагодарить?
Просто поделитесь с друзьями, кликнув по кнопкам социальных сетей!

Термин «социальная перцепция», т.е. социальное восприятие, впервые был введен американским психологом Лж. Брунером.

Назвав восприятие «социальным», он обратил внимание на то, что, несмотря на все индивидуальные различия, существуют какие-то общие, вырабатываемые в общении, в совместной жизни социально-психологические механизмы восприятия.

Брунер провел целую серию экспериментов по изучению восприятия и показал, что восприятие как предметов, так и других людей зависит не только от индивидуально-личностных, но и от социокультурных факторов.

Вам также может быть интересно:

Будьте в курсе. Присоединяйтесь к нашему сообществу!

Источник:
Понимание в отношениях
Восприятие и понимание в процессе общения
http://www.psyarticles.ru/view_post.php?id=331

Понимание в отношениях

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ПОНИМАНИЯ ЛИТЕРАТУРНЫХ ТЕКСТОВ ДОШКОЛЬНИКАМИ

Вопросы понимания литературных текстов детьми дошкольного возраста имеют особо важное значение для решения проблемы их умеренного развития. Именно в процессе слушания рассказов и сказок у детей происходит интенсивное формирование внутреннего плана действий. Как отмечает А. В. Запорожец [3], на определенном этапе для дошкольника наряду с внешней практической деятельностью становится возможной и внутренняя деятельность воображения. Игра и слушание сказки создают благоприятные условия для возникновения и развития этой новой формы психической деятельности ребенка.

Имеются данные, свидетельствующие о чрезвычайно широких потенциальных возможностях детей в понимании ими сложных литературных текстов. Их реализация может дать существенный эффект лишь при условии учета результатов исследований, вскрывающих психологические закономерности формирования и развития процессов понимания, которые на современном этапе изучены еще далеко не достаточно.

Настоящая работа представляет собой попытку изучения некоторых особенностей процесса понимания у детей старшего дошкольного возраста.

Различные исследователи подходили к проблеме понимания с разных сторон, разрабатывая ее как в общефилософском [1], так и в конкретно-психологическом аспектах [2], [3], [7], [8]. Кроме того, имея большое практическое значение, данная проблема привлекает внимание и представителей педагогической науки [4], [5].

Общим для указанных подходов является представление о понимании как процессе активного отражения окружающей действительности, составляющем важный компонент ее познания.

Так, например, С. Л. Рубинштейн подчеркивал значение активности субъекта в процессе понимания. Он отмечал, что для понимания текста необходимо так повернуть все его элементы, «чтобы они выступили в том качестве, которым они включаются в данный контекст, в связи, его образующие» [8; 235]. С. Л. Рубинштейн определяет понимание как мыслительную деятельность, заключающуюся в анализе вещей и явлений в соответствующих контексту качествах и в реализации связей, образующих этот контекст.

Представление С. Л. Рубинштейна об осуществлении понимания посредством включения элементов текста в новые связи во многом согласуется с теми теоретическими установками, которые легли в основу данной работы, и находит в ней свою экспериментально-психологическую реализацию в настоящем исследовании.

Конкретно-психологические исследования, проведенные в рамках деятельностного подхода, показали, что глубина понимания текста дошкольниками растет по мере усложнения деятельности ребенка [3], а также зависит от типа иллюстрации художественного произведения [7]. Целенаправленное формирование способов работы с текстом также может существенно повысить эффективность его понимания [2].

Важность изучения понимания для организации обучения и воспитания обусловила обращение к данной проблеме ряда педагогов. Как правило, понимание детьми литературных произведений рассматривалось ими в связи с вопросами нравственного и эстетического воспитания дошкольников средствами художественной литературы [4], [5]. В данных работах были обнаружены некоторые закономерности, характеризующие процесс понимания ребенком художественного произведения. В частности, было экспериментально доказано, что дошкольнику доступно не только понимание фабулы рассказа, как это считалось раньше, но также и понимание внутреннего мира героев, мотивов их поведения [5].

Для более эффективного решения задач, поставленных педагогической практикой, необходимо изучение психологических механизмов, лежащих в основе понимания как мыслительной деятельности. В данной работе проблема понимания детьми литературных произведений рассматривалась в контексте основных вопросов умственного развития детей дошкольного возраста. Настоящее исследование выполнено в русле одного из

подходов к проблеме умственного развития дошкольников, разрабатываемого Н. Н. Поддьяковым [6], [9].

В основу экспериментально-психологического исследования процессов понимания текста дошкольниками была положена следующая гипотеза: дети старшего дошкольного возраста обладают определенными умениями, позволяющими им при благоприятных условиях понимать сложные литературные тексты, и умения эти могут быть значительно усовершенствованы в процессе специального обучения. К подобным умениям было отнесено прогнозирование поступков героя на основе знаний о его характере и определение характера на основе оценки поступков.

МЕТОДИКА И РЕЗУЛЬТАТЫ

При разработке методики мы исходили из предположения, что выявить истинное понимание ребенком литературного произведения можно и без опоры на такие внешние средства, как иллюстрация или игра-драматизация. Активизация действий детей с текстом в направлении выделения связи между характером героя и его поступками осуществлялась с помощью предъявления испытуемым различных вариантов одного рассказа. В каждом варианте определенным образом изменялась ситуация, в которой действовали персонажи. В этих различных ситуациях они совершали внешне сходные поступки, однако смысл данных поступков был каждый раз различен и «высвечивал» того или иного героя с новой стороны. Подобным же образом достигалось «высвечивание» с новой стороны отдельных событий и эпизодов рассказа при изменении характера главного героя.

Варианты каждого рассказа создавались таким образом, чтобы детям было доступно их сравнение между собой. В процессе такого сравнения дошкольники наглядно убеждались, как последовательно изменялся смысл одного и того же поступка, совершенного в разных условиях. В экспериментальных вариантах рассказов, относящихся к другому виду, менялся характер главного героя, а условия, в которых он действовал, оставались неизменными. В этом случае от испытуемых требовалось предсказание возможных действий героя.

В наших экспериментах использовались рассказы для детей старшего дошкольного и младшего школьного возраста, входящие в сборник В. Осеевой «Волшебное слово» (М., 1972). Для этих рассказов характерна неоднозначность характеров персонажей и неоднозначность интерпретации их поступков. Так, действия того или иного персонажа, взятые сами по себе, могут расцениваться как положительные, однако в контексте рассказа они выступают перед читателем как отрицательные. Таким образом, правильно оценить смысл поступка возможно, только исходя из смысла всего произведения в целом, при этом необходимо учитывать и те ситуации, которые не примыкают непосредственно к анализируемому действию, а, возможно, имели место ранее.

Другим признаком, общим для данной группы рассказов, является отсутствие в них некоторых логических звеньев (они даны в подтексте), затрудняющее установление причинно-следственных связей. Кроме того, характерным для большинства текстов выступает особый принцип их построения (по такому принципу построены рассказы «Отомстила», «Сыновья», «Три товарища» и «Синие листья»). В этих текстах можно выделить две смысловые части (наиболее ярко это выражено в рассказе «Отомстила»), причем невозможно правильно объяснить поведение героев в одной из частей, не исходя при этом из контекста всего рассказа.

Все произведения, используемые в эксперименте, были подвергнуты специальному анализу, вскрывающему системы связей, в которые включаются основные персонажи, и выявляющему скрытые мотивы их действий. В ходе подробного анализа содержания рассказов, отобранных для эксперимента, были выделены те места, которые допускали неоднозначное толкование, что могло привести к неправильному пониманию текста в целом. Результаты анализа использовались при построении вопросов и при создании экспериментальных вариантов рассказов, применявшихся в ходе обучения.

На первом этапе эксперимента решалась задача выявления уровня понимания детьми достаточно сложного текста в плане определения ими характеров и мотивов поведения персонажей на основе поступков этих персонажей, описанных в тексте. Также на данном этапе следовало выявить некоторые факторы, осложняющие процесс понимания детьми текстов, и найти пути их устранения.

Для решения поставленных задач нами была предложена методика адаптации текстов, при которой оставались неизменными отношения, складывающиеся между персонажами.

Сложность для понимания рассказа «Отомстила» представляют противоречия в поведении его героев: сестра, готовая отомстить брату, обидевшему ее, забывает о своей обиде и начинает жалеть мальчика, когда тот падает с дерева; в свою очередь, брат, ожидавший мести со стороны сестры, в ответ на ее ласку неожиданно начинает плакать и просит прощения. Как показали экспериментальные данные и анализ текста, в оригинале недостаточно полно и образно были переданы мысли и переживания персонажей по поводу событий, описанных во второй части произведения, что затрудняло понимание дошкольниками внутреннего мира героев, а в конечном счете и причин их поступков. Мы ввели недостающий фрагмент во вторую часть рассказа, придав ему по возможности более динамичный и эмоциональный характер.

Причины адаптации рассказа «Сыновья» определялись тем, что в предварительном исследовании выявилась небольшая неточность в тексте, провоцирующая дошкольников на неправильные ответы. Уточнение одного существенного обстоятельства (одновременности действий всех персонажей) помогло детям сравнить и оценить поступки каждого из героев и на основе этого выделить основную мысль рассказа. (В этом рассказе только один из мальчиков помог матери нести ведра с водой, в то время как двое других, чьи «таланты» вызвали сначала всеобщее восхищение, показали себя плохими сыновьями).

На первом этапе были проведены две серии экспериментов. В них приняли участие 30 дошкольников в возрасте 5—6 лет. В первой серии испытуемым предлагался неадаптированный вариант рассказа «Отомстила», причем текст читался только один раз. Обнаружилось, что в подобных условиях у детей не сложилось понимания произведения, его основной мысли. Поведение героев дошкольники объясняли чисто внешними причинами, не предпринимая попыток раскрыть подлинные мотивы их поступков: «Алеша заплакал, потому что упал с дерева». Основываясь на результатах первой серии, можно сделать вывод о том, что такие рассказы, важные звенья которых даны в подтексте, практически недоступны дошкольнику 5—6 лет.

Во второй серии детям читали адаптированные варианты рассказов «Отомстила» и «Сыновья». Результаты второй серии показали, что дошкольники понимали рассказ «Отомстила», более того, они были в состоянии дать эмоциональную и глубокую оценку внутреннему миру героев: «. Алеша думает: Катя моя сестричка, так обо мне заботится, а я такой плохой. Ему, наверно, стало очень стыдно, и он попросил прощения. Он дразнился, и это непослушание довело его до огорчения. »

Предъявление детям адаптированного варианта рассказа «Сыновья» подтвердило наше предположение о том, что дошкольники 5—6 лет вполне способны понять основную идею подобного произведения и без обращения к иллюстрации. Это расходится с результатами, полученными Т. А. Репиной, которая также использовала этот рассказ в своих экспериментах и наблюдала очень низкий уровень понимания неиллюстрированного текста [7].

Задачей специального обучения, проводившегося на втором этапе, было формирование у ребенка некоторых обобщенных представлений и способов, которые обеспечили бы понимание им сложных текстов. Эксперимент состоял из трех серий: констатирующей, обучающей и контрольной. В этих сериях участвовали 32 дошкольника в возрасте 5—6 лет. Еще 16 детей составляли контрольную группу.

В констатирующей и контрольной сериях уровень понимания текста до и после обучения проверялся на материале рассказа «Отомстила», который оказался наиболее трудным для детей.

В обучающей серии испытуемым предлагались рассказы «Плохо», «Три товарища», «Сыновья» и «Синие листья», а также экспериментальные варианты этих рассказов (основные принципы создания модифицированных текстов и вопросов к ним описаны выше). Каждый из основных текстов читался два раза, после чего ребенку задавались вопросы на понимание. Далее читались экспериментальные варианты. Испытуемого просили придумать новый конец рассказа, сказать, как будет вести себя один персонаж на месте другого, отметить наличие у героя произведения той или иной черты характера и т. д.

Констатирующая серия подтвердила результаты, полученные на первом этапе эксперимента: без соответствующего обучения дошкольники практически не в состоянии понять сложный текст, содержание которого отражает противоречивые отношения между персонажами. Анализ ответов испытуемых на вопросы по содержанию произведения показал, что в двух экспериментальных и одной контрольной группах рассказ «Отомстила» поняли соответственно 6, 8 и 7% детей.

Ответы, содержащие предложение ввести нового героя и допускающие изменения в характере того или иного персонажа, свидетельствуют об активном отношении к тексту. Это активное отношение заключается в том, что дети в ходе своеобразной поисковой деятельности опробовали героя с его характером в различных условиях и приходили к представлению о том, что одному и тому же человеку могут соответствовать различные формы поведения в зависимости от условий.

Анализ ответов детей в обучающей серии показал, что они носили пробующий характер: один и тот же испытуемый мог давать различные ответы, пытаясь как-то увязать противоречивые исходные данные. Результат такого поиска состоял, по нашему мнению, в том, что у ребенка формировалось представление о неоднозначности связи между поступком и характером. Такое представление должно предотвращать «шаблонные» ответы ребенка, направляя его на поиск причины, вызвавшей то или иное действие.

Работа ребенка с экспериментальными вариантами текстов стимулировала возникновение у него ориентации не на отдельно взятый поступок, а на те условия, в которых он совершался. Таким образом, внутренний смысл поступка определялся в контексте всего произведения, что способствовало более глубокому и верному пониманию последнего.

Результаты первого этапа эксперимента подтвердили наше предположение о том, что дошкольник в возрасте 5—6 лет способен понять текст, содержание которого отражает сложную динамику взаимоотношений персонажей. При этом он не только понимает внешнюю последовательность событий, составляющих фабулу рассказа, но и может также выделить причины, обусловившие эти события, вскрыть основные мотивы поведения действующих лиц.

Однако подобная способность ребенка проникать в подтекст рассказа реализуется им в полной мере только при понимании относительно простых текстов («Сыновья»); что же касается более сложных произведений, то уровень понимания их ребенком существенно зависит от способов предъявления текста («Отомстила»). Понимание ребенком неадаптированного текста не могло осуществляться без специальной» обучения.

Подобное обучение, проведенное на втором этапе эксперимента, действительно повысило уровень понимания ребенком сложного текста, образцом которого служил рассказ «Отомстила». В результате обучения ребенок начинает рассматривать отдельный поступок, изображенный в рассказе, не сам по себе, а в системе основных смысловых связей произведения. При этом дошкольник старается найти ту истинную причину, которая этот поступок вызвала. Умение рассматривать действия литературного героя в контексте всего произведения является необходимым для правильного и глубокого понимания этого произведения.

В результате последовательного выполнения задач двух типов (прогнозирование поступков на основе знаний о характере и определение характера на основе оценки поступков), предлагавшихся в этой серии, у испытуемых формировалось представление о существовании взаимосвязи между характером героя и поступками, осуществлявшимися им, а также о динамичном и неоднозначном характере такой связи. Это представление направляло активную поисковую деятельность дошкольников в ходе анализа текста на нахождение причин и скрытых мотивов, определивших поведение персонажей.

1. Брудный А. А. Понимание как философски-психологическая проблема. — Вопросы философии, 1975, № 10, с. 109—117.

2. Дубовис Д. М. К вопросу об интуитивном и дискурсивном понимании текста. — Вопросы психологии, 1976, № 3, с. 59—68.

3. Запорожец А. В. Психология восприятия ребенком-дошкольником литературного произведения / Труды Всероссийской научной конференции по дошкольному воспитанию. — М., 1949, с. 234—247.

4. Конина М. М. Роль художественной литературы в нравственном и эстетическом воспитании детей дошкольного возраста. — В сб.: Вопросы нравственного и эстетического воспитания детей дошкольного возраста. М., 1963, с. 215—254.

5. Лукина Е. Ф. Нравственное воспитание детей средствами литературы / Учен, записки Ростовского-на-Дону гос. пед. института. Вып. 2 (29). — Ростов-на-Дону, 1958. — 209 с.

6. Поддьяков П. Н. Мышление дошкольника. — М., 1977. — 280 с.

7. Репина Т. А. Роль иллюстрации в понимании литературного текста детьми
дошкольного возраста. — Вопросы психологии, 1959, № 1, с. 127—146.

8. Рубинштейн С. Л. Проблемы общей психологии. — М., 1976. — 416 с.

9. Поддьяков Н. Н. Психолого-педагогическое исследование содержания и методов умственного воспитания. — В сб.: Содержание и методы умственного воспитания дошкольников / Под ред. Н. Н. Поддьякова. М., 1980, с. 5—28.

Источник:
Понимание в отношениях
ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ПОНИМАНИЯ ЛИТЕРАТУРНЫХ ТЕКСТОВ ДОШКОЛЬНИКАМИ Вопросы понимания литературных текстов детьми дошкольного возраста имеют особо важное значение для решения проблемы их
http://www.voppsy.ru/issues/1981/815/815116.htm

Понимание в отношениях

Семья Васи пережила горе, они потеряли мать и жену. Вася стал скитаться по улицам, а его отец словно забыл о существовании своего сына, иногда он пытался заниматься его воспитанием, но из-за тщетных попыток перестал это делать. Отец больше любил маленькую дочь, потому что она напоминала ему о жене. Между сыном и отцом возникла стена непонимания.

Вскоре Вася познакомился с Валеком, который жил в заброшенном замке. Он стал проводить много времени с ним и его семьей. У отца Васи сложилось нехорошее мнение о сыне, он считал, что его сын бродяга, и он плохо влияет на маленькую Соню. Но его доводы были неверными, Вася пытался помочь бедной семье Тубурция, у которого росла маленькая дочь Соня, она была очень слабой и бледной, словно тень. Те камни вокруг, которых она жила, будто высосали у нее кровь.

Однажды Соня очень сильно заболела, Вася пытался помочь ей. Он рассказал сестре о бедной девочке и попросил у нее куклу. Маленькая Соня была очень счастлива, когда получила куклу. Ее лицо засияло светом, на ее щеках показался румянец. Отец, узнав о пропаже куклы, очень сильно рассердился и вызвал сына на разговор. Сын не говорил о том, куда дел куклу, во время разговора пришел Тубурций и принес пропажу. Он рассказал о поступках Васи, отец сразу переменил свое отношение к сыну, извинился перед ним. А у Васи исчезло чувство страха перед отцом, и появилась любовь к нему. После этого разговора их отношения очень сильно изменились в лучшую сторону.

Источник:
Понимание в отношениях
Семья Васи пережила горе, они потеряли мать и жену. Вася стал скитаться по улицам, а его отец словно забыл о существовании своего сына, иногда он пытался заниматься его воспитанием, но из-за тщетных
http://testsoch.ru/deti-podzemelya/sochinenie-na-temu-vasya-i-ego-otets-ot-vrazhdy-k-ponimaniyu.html

COMMENTS